Irina Maxway (irina_max_usa) wrote,
Irina Maxway
irina_max_usa

Categories:

Наблюдательный пункт: наблюдение за наблюдающим за наблюдателями

В повести Фридриха Дюрренматта с вычурным названием "Поручение или о наблюдении за наблюдающим за наблюдателями" всего 24 фразы. Каждая из них представляет собой развитие и завершение какой-либо темы в составе отдельной главы. Эти разноликие темы, обрастая подробностями и философскими рассуждениями, сводятся к единому сюжету с печатью оригинального стиля Дюрренматта: нагромождение странных случайностей и невероятных совпадений, неправдоподобные сюрреалистические места действия, ошеломляющие сюжетные хитросплетения. Но захватывающий детективный сюжет на фоне абсурдности предлагаемых обстоятельств - лишь оболочка для сложной философской начинки. Реальной жизни, в которой господствует хаос и рушатся причинно-следственные связи, вполне соответствует немыслимая стилистика произведений Дюрренматта.
Одна из долгих фраз повести "О поручении..." представляет собой беседу между героиней повести, кинорежиссером Ф., известной своими документальными фильмами-портретами, и  остроумным чудаком, логиком Д.
По мысли Д., человек нуждается в наблюдении, в большей или меньшей степени: "Прблема, давно его, Д., волнующая: дело в том, что у него в доме, расположенном в горах, установлен зеркальный телескоп, громадная махина, которую он иногда нацеливает на некую скалу, откуда за ним наблюдают в бинокли какие-то люди, и что всякий раз, едва только те, кто следит за ним в свои бинокли, обнаруживают, что он сам наблюдает за ними в свой телескоп, сразу же убирают их, а это лишний раз подтверждает логический постулат, гласящий - наблюдающий немыслим без наблюдаемого, который сам становится наблюдающим, если является предметом чьего-либо наблюдения, - банальное логическое взаимодействие, однако, будучи транспонированным в действительность, оно обретает потенцию агрессивного свойства - наблюдающие за ним, вследствие того, что он - в свою очередь - наблюдает за ними в свой телескоп, чувствовали себя пойманными с поличными, разоблачение пробуждает стыд, стыд зачастую агрессию, иной из тех, кто исчезал, вернулся бы, убери он, Д., свой прибор, и стал бы швырять камнями в его дом, вообще-то , что происходило между теми, кто наблюдал за ним, и им, наблюдавшим за своими наблюдателями, характерно для нашего времени, - каждый чувствует, что наблюдаем каждым, и сам наблюдает за каждым, современный человек есть человек наблюдаемый..., кроме того человек, как никогда ранее, наблюдает за природой, а чтобы наблюдать за ней, он изобретает все более хитроумные приборы, вроде камер, телескопов, стереоскопов, радиотелескопов, микроскопов, синхротронов, спутников, космических зондов, компьютеров, все новые и новые объекты становятся предметами человеческого наблюдения, начиная от квазаров, отдаленных от нас на миллиарды световых лет, кончая мельчайшими частицами диаметром в одну биллионную миллиметра..., никогда прежде человек не наблюдал за природой с таким размахом; она стоит перед ним как бы нагая, лишенная всех своих тайн, похотливо, глумливо эксплуатируемая, поэтому ему, Д., порой кажется, что теперь и сама она наблюдает за наблюдающим ее человеком и начинает проявлять агрессивность; загрязненный воздух, отравленная почва, зараженные грунтовые воды, умирающие леса - это забастовка, сознательный отказ нейтрализовать действие ядовитых веществ; новые вирусы, землетрясения, засухи, наводнения, извержения вулканов, ураганы, смерчи и так далее, напротив, - меры защиты наблюдаемой природы от тех, кто за ней наблюдает, вроде того, как, например, его телескоп и камни, которыми бросались в его дом, - суть ответные меры против наблюдения..."
Как видно из рассуждений логика Д., в сообществе людей отношение к наблюдаемости не столь однозначно-неприемлемое как в мире природы. Наряду с некоторыми членами сообщества , проявляющими агрессивность, многие в то же время попадают в зависимость от наблюдающего ока. "Если бы за ним в его горном доме стали наблюдать все реже и реже, наконец так редко, что, направь он свой телескоп на тех, кого подозревал в том, что они наблюдают за ним со скалы, те в свои бинокли стали бы наблюдать не за ним, а уже за чем-нибудь другим, за карабкающимися по склонам сернами или альпинистами, такое ненаблюдаемое бытие со временем стало бы мучить его сильней, чем раньше мучило бытие наблюдаемое, он стал бы изнывать в тоске от того, что теперь никто не швыряет камнями в его теперь уже никем не наблюдаемый дом, он показался бы себе не достойным внимания, не достойным внимания - значит, лишенным уважения, лишенным уважения - значит, ничтожным, ничтожным - значит, никчемным, он... впал бы в безысходную депрессию, даже отказался бы, пожалуй, от своей и без того несложившейся академической карьеры, как от чего-то соершенно бессмысленного..."
Итак: человек нуждается в наблюдении, в большей или меньшей степени, настойчивое и неусыпное наблюдение подчеркивает его статус, связанный со ступенями в общественной иерархии или с чем-то иным, и зависимой от этого самооценки.
Логику Д. вторит еще один персонаж повести, коллега героини Ф. по цеху, кинооператор с многозначительным прозвищем "Полифем", полученного им из-за  кинокамеры, неотъемлемой его принадлежности, сросшейся с ним в единое целое, подобно глазу циклопа из гомеровской "Одиссеи" всматривающейся в окружающий мир. По мнению Полифема из повести Дюрренматта, даже бог, если он существует, - "это чистый  бог чистого наблюдения, лишенный возможности вмешиваться в эволюцию материи, выливающуюся в чистое ничто, когда распадаются даже протоны и по ходу распада зарождаются, а потом гибнут земля, растения, животные и люди, и только в том случае, если бог есть чистое наблюдение, он остается незапятнан своим творением... " Полифем  подчеркивает, что постулат о боге чистого наблюдения применим и к нему, кинооператору, "который тоже обязан лишь наблюдать, будь иначе, давно бы вогнал себе пулю в лоб, любое чувство вроде страха, любви, сострадания, гнева, отвращения, мести, вины не только замутняет чистое наблюдение, но и, куда хуже, - делает его невозможным, коль скоро оно окрашивается чувствами, в результате такого наблюдения по уши погрязнешь в болоте этого презренного мира, вместо того, чтобы, оторвавшись, воспарить над ним..."
Стрекот кинокамеры Полифема свидетельствует о его недремлющем присутствии, частью незримом, а часто явном: "Объективное постижение действительности  возможно только через съемочную камеру, лишь она одна способна остановить время и пространство, в которых переживаются чувства, а без камеры переживание улетучивается, ведь едва пережитое вмиг становится прошлым, а значит, не более чем воспоминанием, а всякое воспоминание - эрзац, фикция..."
Tags: deutschsprachige literatur des 20-sten j
Subscribe

  • Вила

    Вила/ Эскиз к поэме Велемира Хлебникова "Вила и леший" Вила – мифологическое существо у южных славян, девушка в волшебном платье…

  • Балетные...

    Клеопатра Жизель отдыхает

  • Игра в бисер

    Понятие “Игра в бисер” возникло в одноименном романе Германа Гессе, как реакция на состояние интеллектуально-эстетической сферы…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments

  • Вила

    Вила/ Эскиз к поэме Велемира Хлебникова "Вила и леший" Вила – мифологическое существо у южных славян, девушка в волшебном платье…

  • Балетные...

    Клеопатра Жизель отдыхает

  • Игра в бисер

    Понятие “Игра в бисер” возникло в одноименном романе Германа Гессе, как реакция на состояние интеллектуально-эстетической сферы…